Про живое и мертвое: магия на все времена

Когда-то давным-давно люди верили, что камни живые. Что деревья слышат, а небо может наказать громом или засухой.

На первый взгляд, та вера давно умерла, была свергнута и растоптана вместе с языческими истуканами. Но это только на первый взгляд.

Картинка с просторов Интернета

А если копнуть глубже?

Магический мир, наделяющий неживые объекты живой сущностью, по прежнему в каждом из нас. Не верите?

Вот прямо сейчас передо мной скромно стоит стол, на нем — ноутбук. Он равнодушно показывает мне текст. А текст, который я набираю, никак не хочет складываться. Подлец!

А в другом конце кабинета — пара мягких кресел с подушками. Они манят меня, говорят: Сядь, отдохни, расслабься. Так в моем сознании начинается магия. Предметы оживают в глаголах, обращаются ко мне или игнорируют. Одним словом, как-то относятся ко мне.

Конечно, любой психолог разглядит в этом феномене механизм проецирования.

Чтобы «схватить» суть стола, я на секунду должен представить, почувствовать себя столом, и описать этот опыт в виде живого действия.

Свою потребность в отдыхе я приписываю креслу: это не я хочу отдохнуть, это оно меня призывает сесть и расслабиться. 

Однако, как ни обзывай этот феномен, хоть глупостью, хоть проекцией, суть вещей не меняется. Люди просто не могут иначе.

Мы живем среди вещей. С этими вещами мы обязательно вступаем отношения. И как только эти отношения случаются, неживое превращается в живое.

Поэтому, например, любимой машине мы даем имя, нежно гладим по капоту. А может быть даже... по выхлопной трубе. Ни наличие ученой степени, ни критическое мышление никак не помогают избавиться от магического мышления.

Однако магия — это не только превращение неживого в живое.

Бывает и наоборот. Есть такое словцо - «расчеловечивание». Словцо новое, а явление старое.

Представьте ситуацию. Два племени аборигенов не поделили джунгли. И вот мужики из одного племени берут дубины и идут убивать мужиков из другого племени. 

Месяц назад они ходили друг к другу в гости, обнимались, если бананы, ну или продавали друг другу невест. А теперь не осталось ничего лично. Голова соседа - это мишень. 

На всякий случай скажу, что не провожу никаких параллелей. Мое дело - не политика, а психология. 

Итак. Чтобы равнодушно лишать людей жизни, надо увидеть в них неодушевленное: преграду, опасность или добычу. Страх смерти и ярость - верные друзья этой магии «расчеловечивания». Ну и еще игра в «правого и виноватого».

Впрочем, пограничная ситуация войны и встречи со смертью, не единственная, где люди вдруг начинают восприниматься как предметы.

Вот уж кто настоящие маги — так это маркетологи. По преданию, они могут взять живых людей, и ка-а-а-к превратить их в целевую аудиторию! Найти в этой аудитории болевые точки и бить, бить, бить по ним УТП (уникальным торговым предложением), пока эта аудитория не конвертируется в деньги.

А еще они умеют превращать обычную булку с котлетой, например, в символ свободы. Маркетологи нам продают не стиральный порошок, а семейное счастье, не автомобили, а безудержность, не квартиры, а принадлежность к успеху. Смыслы жизни на любой вкус. Оптом и вразвес.

А чем же занимается психолог?

Его задача - антимагическая. Помочь клиенту отличить мертвое от живого, важное от неважного, истинное от навязанного, фантазии от реальности.

Задача очень сложная, потому, что психолог только маленькой частью мозга - психолог. А в основном - самый обычный человек, покусанный маркетологами и политологами, мечтающий о счастье, хорошей машине, иногда ненавидящий, иногда боящийся.

Наверное, самое сложное в моей профессии - увидеть за мертвым симптомом живого человека, за яростью - человеческую боль, за отчаянием - надежду.

Головой я понимаю, что психология - это совсем не магия, но иногда, когда вижу красивые работы коллег, начинаю сомневаться. 

Поговорим об этом?